Про­шлым летом мне пр..шлось п..бы­вать в одном за­волж­ском селе зат..ртом в дре­муч..м смеша(н,нн)ом лесу. Село было (не)боль­шое но какое(то) весёлое и оживлё(н,нн)ое.

При самом в..езде в село нас встре­ча­ет (не)сти­ха­ю­щий (н..)днём (н..)ночью шум ле­со­пиль­но­го за­во­да. Здесь а(к,кк)урат­но сложе(н,нн)ы ров­ны­ми стоп­ка­ми рас­пи­ле(н,нн)ые де­ре­вя(н,нн)ые брус­ки.⁽⁴⁾ Везде на­ва­ле(н,нн)ы брёвна ж..лтеют кучи ещё (не)уле­жав­ших­ся опи­лок.

А во­круг села высят..ся почти (не)освое(н,нн)ые леса, из ко­то­рых (н..)на ми­ну­ту (н..)умол­кая⁽³⁾ ра(з/с)нос..т..ся⁽²⁾ раз­ног..лосый пти­чий шум. Хотя толь­ко вчера за­конч..лся дождь а ветки об­ве­ша(н,нн)ы (не)вы­сы­ха­ю­щи­ми за целый день кап­ля­ми весь лес на­пол­нен на­ро­дом.

А в самой (не)про­лаз­ной чащ..бе вы мож..те столк­нут..ся с хму­рым ста­ри­ком, ко­то­рый в при­сут­стви.. (не)зва(н,нн)ого гостя будет с на­иг­ра(н,нн)ым бе(з/с)раз­ли­чи­ем соб..рать подо­си(н,нн)овики с кру­ты­ми шляп­ка­ми и скон­фу­же(н,нн)о по­каш­ли­вать.

Про­шлым летом мне пр..шлось п..бы­вать в одном за­волж­ском селе зат..ртом в дре­муч..м смеша(н,нн)ом лесу. Село было (не)боль­шое но какое(то) весёлое и оживлё(н,нн)ое.

При самом в..езде в село нас встре­ча­ет (не)сти­ха­ю­щий (н..)днём (н..)ночью шум ле­со­пиль­но­го за­во­да. Здесь а(к,кк)урат­но сложе(н,нн)ы ров­ны­ми стоп­ка­ми рас­пи­ле(н,нн)ые де­ре­вя(н,нн)ые брус­ки.⁽⁴⁾ Везде на­ва­ле(н,нн)ы брёвна ж..лтеют кучи ещё (не)уле­жав­ших­ся опи­лок.

А во­круг села высят..ся почти (не)освое(н,нн)ые леса, из ко­то­рых (н..)на ми­ну­ту (н..)умол­кая⁽³⁾ ра(з/с)нос..т..ся⁽²⁾ раз­ног..лосый пти­чий шум. Хотя толь­ко вчера за­конч..лся дождь а ветки об­ве­ша(н,нн)ы (не)вы­сы­ха­ю­щи­ми за целый день кап­ля­ми весь лес на­пол­нен на­ро­дом.

А в самой (не)про­лаз­ной чащ..бе вы мож..те столк­нут..ся с хму­рым ста­ри­ком, ко­то­рый в при­сут­стви.. (не)зва(н,нн)ого гостя будет с на­иг­ра(н,нн)ым бе(з/с)раз­ли­чи­ем соб..рать подо­си(н,нн)овики с кру­ты­ми шляп­ка­ми и скон­фу­же(н,нн)о по­каш­ли­вать.

(1)На­вер­ное, оско­ми­ну на­би­ла фраза, что лю­бовь к боль­шой Ро­ди­не на­чи­на­ет­ся с любви к ро­ди­не малой: сво­е­му го­ро­ду, улице, пе­ре­ул­ку, двору, дому. (2)Эту свя­тую прав­ду, за­ча­стую не ощу­щая её жаром и болью серд­ца, знают все. (3)Кон­стан­тин Ба­тюш­ков го­во­рил: «О, па­мять серд­ца! Ты силь­ней рас­суд­ка па­мя­ти пе­чаль­ной». (4)Это спра­вед­ли­во и в от­но­ше­нии зна­ния нрав­ствен­ных начал, фор­ми­ру­ю­щих че­ло­ве­ка. (5)Зна­ние серд­ца силь­нее зна­ния рас­суд­ка.

(6)Я не­воль­но за­ду­мы­ва­юсь о тех ре­бя­тах, чьё дет­ство про­хо­дит в но­востро­еч­ных рай­о­нах Моск­вы. (7)Растёт па­рень в своем мик­ро­рай­о­не, где есть и кино, и па­рик­ма­хер­ская, и биб­лио­те­ка, но этому парню нечем гор­дить­ся, жиз­нен­ный уклад юного граж­да­ни­на но­во­го мик­ро­рай­о­на лишён какой-либо ха­рак­те­ри­сти­ки, осо­бо­сти, он такой же, как у всех. (8)Без­ли­кое, не­от­ли­чи­мое от фона труд­но лю­бить. (9)Штамп нель­зя лю­бить по­дав­но. (10)Че­ло­ве­че­ская лич­ность за­кла­ды­ва­ет­ся в дет­стве; от дет­ских впе­чат­ле­ний, на­блю­де­ний, пе­ре­жи­ва­ний во мно­гом за­ви­сит, каким ста­нет че­ло­век. (11)В сма­зан­но­сти окру­жа­ю­ще­го труд­но ощу­тить и соб­ствен­ную ин­ди­ви­ду­аль­ность. (12)Па­рень из Ар­мян­ско­го пе­ре­ул­ка был осо­бый па­рень, и чи­сто­пруд­ный  —осо­бый, и по­кров­ский  — осо­бый, и ста­ро­сад­ский  — осо­бый. (13)А этот, из мик­ро­рай­о­на, каков он? (14)Общий, как все,  — стало быть, ни­ка­кой.

(15)Но как бы ни вы­гля­де­ли новые рай­о­ны, в них всё равно не будет того, чем бо­га­та  — до сих пор бо­га­та, не­смот­ря на все тяг­чай­шие по­те­ри,  — ста­рая Москва: связи с про­шлым. (16)Вот по­че­му люди со­хра­ня­ют ис­то­ри­че­ский образ го­ро­да, бе­ре­гут для бу­ду­щих по­ко­ле­ний, изу­ча­ют. (17)В па­мят­ни­ках ар­хи­тек­ту­ры  — де­я­ния пред­ков, ге­ро­и­че­ская боль мно­го­стра­даль­ной рус­ской сто­ли­цы и не­тлен­ная кра­со­та. (18)Пусть мо­ло­дой че­ло­век, уро­же­нец мик­ро­рай­о­на, не уви­дит во­круг себя ста­ри­ны в бла­го­род­ной па­ти­не, он сядет в поезд метро или трол­лей­бус и от­пра­вит­ся в ко­рен­ную часть Моск­вы, где на него гля­нет ис­то­рия за­дум­чи­вы­ми ли­ка­ми ста­рых зда­ний. (19)Даже о до­сто­при­ме­ча­тель­но­стях Моск­вы, таких, как Ва­си­лий Бла­жен­ный, остат­ки Ки­тай­ской стены, Юс­у­по­вы па­ла­ты, дом Паш­ко­ва, Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь, надо что-то знать, чтобы оце­нить по-на­сто­я­ще­му, ис­пол­нить­ся их пре­ле­сти и важ­но­сти.

(По Ю. На­ги­би­ну)

(1)На­вер­ное, оско­ми­ну на­би­ла фраза, что лю­бовь к боль­шой Ро­ди­не на­чи­на­ет­ся с любви к ро­ди­не малой: сво­е­му го­ро­ду, улице, пе­ре­ул­ку, двору, дому. (2)Эту свя­тую прав­ду, за­ча­стую не ощу­щая её жаром и болью серд­ца, знают все. (3)Кон­стан­тин Ба­тюш­ков го­во­рил: «О, па­мять серд­ца! Ты силь­ней рас­суд­ка па­мя­ти пе­чаль­ной». (4)Это спра­вед­ли­во и в от­но­ше­нии зна­ния нрав­ствен­ных начал, фор­ми­ру­ю­щих че­ло­ве­ка. (5)Зна­ние серд­ца силь­нее зна­ния рас­суд­ка.

(6)Я не­воль­но за­ду­мы­ва­юсь о тех ре­бя­тах, чьё дет­ство про­хо­дит в но­востро­еч­ных рай­о­нах Моск­вы. (7)Растёт па­рень в своем мик­ро­рай­о­не, где есть и кино, и па­рик­ма­хер­ская, и биб­лио­те­ка, но этому парню нечем гор­дить­ся, жиз­нен­ный уклад юного граж­да­ни­на но­во­го мик­ро­рай­о­на лишён какой-либо ха­рак­те­ри­сти­ки, осо­бо­сти, он такой же, как у всех. (8)Без­ли­кое, не­от­ли­чи­мое от фона труд­но лю­бить. (9)Штамп нель­зя лю­бить по­дав­но. (10)Че­ло­ве­че­ская лич­ность за­кла­ды­ва­ет­ся в дет­стве; от дет­ских впе­чат­ле­ний, на­блю­де­ний, пе­ре­жи­ва­ний во мно­гом за­ви­сит, каким ста­нет че­ло­век. (11)В сма­зан­но­сти окру­жа­ю­ще­го труд­но ощу­тить и соб­ствен­ную ин­ди­ви­ду­аль­ность. (12)Па­рень из Ар­мян­ско­го пе­ре­ул­ка был осо­бый па­рень, и чи­сто­пруд­ный  —осо­бый, и по­кров­ский  — осо­бый, и ста­ро­сад­ский  — осо­бый. (13)А этот, из мик­ро­рай­о­на, каков он? (14)Общий, как все,  — стало быть, ни­ка­кой.

(15)Но как бы ни вы­гля­де­ли новые рай­о­ны, в них всё равно не будет того, чем бо­га­та  — до сих пор бо­га­та, не­смот­ря на все тяг­чай­шие по­те­ри,  — ста­рая Москва: связи с про­шлым. (16)Вот по­че­му люди со­хра­ня­ют ис­то­ри­че­ский образ го­ро­да, бе­ре­гут для бу­ду­щих по­ко­ле­ний, изу­ча­ют. (17)В па­мят­ни­ках ар­хи­тек­ту­ры  — де­я­ния пред­ков, ге­ро­и­че­ская боль мно­го­стра­даль­ной рус­ской сто­ли­цы и не­тлен­ная кра­со­та. (18)Пусть мо­ло­дой че­ло­век, уро­же­нец мик­ро­рай­о­на, не уви­дит во­круг себя ста­ри­ны в бла­го­род­ной па­ти­не, он сядет в поезд метро или трол­лей­бус и от­пра­вит­ся в ко­рен­ную часть Моск­вы, где на него гля­нет ис­то­рия за­дум­чи­вы­ми ли­ка­ми ста­рых зда­ний. (19)Даже о до­сто­при­ме­ча­тель­но­стях Моск­вы, таких, как Ва­си­лий Бла­жен­ный, остат­ки Ки­тай­ской стены, Юс­у­по­вы па­ла­ты, дом Паш­ко­ва, Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь, надо что-то знать, чтобы оце­нить по-на­сто­я­ще­му, ис­пол­нить­ся их пре­ле­сти и важ­но­сти.

(По Ю. На­ги­би­ну)

(1)На­вер­ное, оско­ми­ну на­би­ла фраза, что лю­бовь к боль­шой Ро­ди­не на­чи­на­ет­ся с любви к ро­ди­не малой: сво­е­му го­ро­ду, улице, пе­ре­ул­ку, двору, дому. (2)Эту свя­тую прав­ду, за­ча­стую не ощу­щая её жаром и болью серд­ца, знают все. (3)Кон­стан­тин Ба­тюш­ков го­во­рил: «О, па­мять серд­ца! Ты силь­ней рас­суд­ка па­мя­ти пе­чаль­ной». (4)Это спра­вед­ли­во и в от­но­ше­нии зна­ния нрав­ствен­ных начал, фор­ми­ру­ю­щих че­ло­ве­ка. (5)Зна­ние серд­ца силь­нее зна­ния рас­суд­ка.

(6)Я не­воль­но за­ду­мы­ва­юсь о тех ре­бя­тах, чьё дет­ство про­хо­дит в но­востро­еч­ных рай­о­нах Моск­вы. (7)Растёт па­рень в своем мик­ро­рай­о­не, где есть и кино, и па­рик­ма­хер­ская, и биб­лио­те­ка, но этому парню нечем гор­дить­ся, жиз­нен­ный уклад юного граж­да­ни­на но­во­го мик­ро­рай­о­на лишён какой-либо ха­рак­те­ри­сти­ки, осо­бо­сти, он такой же, как у всех. (8)Без­ли­кое, не­от­ли­чи­мое от фона труд­но лю­бить. (9)Штамп нель­зя лю­бить по­дав­но. (10)Че­ло­ве­че­ская лич­ность за­кла­ды­ва­ет­ся в дет­стве; от дет­ских впе­чат­ле­ний, на­блю­де­ний, пе­ре­жи­ва­ний во мно­гом за­ви­сит, каким ста­нет че­ло­век. (11)В сма­зан­но­сти окру­жа­ю­ще­го труд­но ощу­тить и соб­ствен­ную ин­ди­ви­ду­аль­ность. (12)Па­рень из Ар­мян­ско­го пе­ре­ул­ка был осо­бый па­рень, и чи­сто­пруд­ный  —осо­бый, и по­кров­ский  — осо­бый, и ста­ро­сад­ский  — осо­бый. (13)А этот, из мик­ро­рай­о­на, каков он? (14)Общий, как все,  — стало быть, ни­ка­кой.

(15)Но как бы ни вы­гля­де­ли новые рай­о­ны, в них всё равно не будет того, чем бо­га­та  — до сих пор бо­га­та, не­смот­ря на все тяг­чай­шие по­те­ри,  — ста­рая Москва: связи с про­шлым. (16)Вот по­че­му люди со­хра­ня­ют ис­то­ри­че­ский образ го­ро­да, бе­ре­гут для бу­ду­щих по­ко­ле­ний, изу­ча­ют. (17)В па­мят­ни­ках ар­хи­тек­ту­ры  — де­я­ния пред­ков, ге­ро­и­че­ская боль мно­го­стра­даль­ной рус­ской сто­ли­цы и не­тлен­ная кра­со­та. (18)Пусть мо­ло­дой че­ло­век, уро­же­нец мик­ро­рай­о­на, не уви­дит во­круг себя ста­ри­ны в бла­го­род­ной па­ти­не, он сядет в поезд метро или трол­лей­бус и от­пра­вит­ся в ко­рен­ную часть Моск­вы, где на него гля­нет ис­то­рия за­дум­чи­вы­ми ли­ка­ми ста­рых зда­ний. (19)Даже о до­сто­при­ме­ча­тель­но­стях Моск­вы, таких, как Ва­си­лий Бла­жен­ный, остат­ки Ки­тай­ской стены, Юс­у­по­вы па­ла­ты, дом Паш­ко­ва, Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь, надо что-то знать, чтобы оце­нить по-на­сто­я­ще­му, ис­пол­нить­ся их пре­ле­сти и важ­но­сти.

(По Ю. На­ги­би­ну)

(1)На­вер­ное, оско­ми­ну на­би­ла фраза, что лю­бовь к боль­шой Ро­ди­не на­чи­на­ет­ся с любви к ро­ди­не малой: сво­е­му го­ро­ду, улице, пе­ре­ул­ку, двору, дому. (2)Эту свя­тую прав­ду, за­ча­стую не ощу­щая её жаром и болью серд­ца, знают все. (3)Кон­стан­тин Ба­тюш­ков го­во­рил: «О, па­мять серд­ца! Ты силь­ней рас­суд­ка па­мя­ти пе­чаль­ной». (4)Это спра­вед­ли­во и в от­но­ше­нии зна­ния нрав­ствен­ных начал, фор­ми­ру­ю­щих че­ло­ве­ка. (5)Зна­ние серд­ца силь­нее зна­ния рас­суд­ка.

(6)Я не­воль­но за­ду­мы­ва­юсь о тех ре­бя­тах, чьё дет­ство про­хо­дит в но­востро­еч­ных рай­о­нах Моск­вы. (7)Растёт па­рень в своем мик­ро­рай­о­не, где есть и кино, и па­рик­ма­хер­ская, и биб­лио­те­ка, но этому парню нечем гор­дить­ся, жиз­нен­ный уклад юного граж­да­ни­на но­во­го мик­ро­рай­о­на лишён какой-либо ха­рак­те­ри­сти­ки, осо­бо­сти, он такой же, как у всех. (8)Без­ли­кое, не­от­ли­чи­мое от фона труд­но лю­бить. (9)Штамп нель­зя лю­бить по­дав­но. (10)Че­ло­ве­че­ская лич­ность за­кла­ды­ва­ет­ся в дет­стве; от дет­ских впе­чат­ле­ний, на­блю­де­ний, пе­ре­жи­ва­ний во мно­гом за­ви­сит, каким ста­нет че­ло­век. (11)В сма­зан­но­сти окру­жа­ю­ще­го труд­но ощу­тить и соб­ствен­ную ин­ди­ви­ду­аль­ность. (12)Па­рень из Ар­мян­ско­го пе­ре­ул­ка был осо­бый па­рень, и чи­сто­пруд­ный  —осо­бый, и по­кров­ский  — осо­бый, и ста­ро­сад­ский  — осо­бый. (13)А этот, из мик­ро­рай­о­на, каков он? (14)Общий, как все,  — стало быть, ни­ка­кой.

(15)Но как бы ни вы­гля­де­ли новые рай­о­ны, в них всё равно не будет того, чем бо­га­та  — до сих пор бо­га­та, не­смот­ря на все тяг­чай­шие по­те­ри,  — ста­рая Москва: связи с про­шлым. (16)Вот по­че­му люди со­хра­ня­ют ис­то­ри­че­ский образ го­ро­да, бе­ре­гут для бу­ду­щих по­ко­ле­ний, изу­ча­ют. (17)В па­мят­ни­ках ар­хи­тек­ту­ры  — де­я­ния пред­ков, ге­ро­и­че­ская боль мно­го­стра­даль­ной рус­ской сто­ли­цы и не­тлен­ная кра­со­та. (18)Пусть мо­ло­дой че­ло­век, уро­же­нец мик­ро­рай­о­на, не уви­дит во­круг себя ста­ри­ны в бла­го­род­ной па­ти­не, он сядет в поезд метро или трол­лей­бус и от­пра­вит­ся в ко­рен­ную часть Моск­вы, где на него гля­нет ис­то­рия за­дум­чи­вы­ми ли­ка­ми ста­рых зда­ний. (19)Даже о до­сто­при­ме­ча­тель­но­стях Моск­вы, таких, как Ва­си­лий Бла­жен­ный, остат­ки Ки­тай­ской стены, Юс­у­по­вы па­ла­ты, дом Паш­ко­ва, Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь, надо что-то знать, чтобы оце­нить по-на­сто­я­ще­му, ис­пол­нить­ся их пре­ле­сти и важ­но­сти.

(По Ю. На­ги­би­ну)

(1)На­вер­ное, оско­ми­ну на­би­ла фраза, что лю­бовь к боль­шой Ро­ди­не на­чи­на­ет­ся с любви к ро­ди­не малой: сво­е­му го­ро­ду, улице, пе­ре­ул­ку, двору, дому. (2)Эту свя­тую прав­ду, за­ча­стую не ощу­щая её жаром и болью серд­ца, знают все. (3)Кон­стан­тин Ба­тюш­ков го­во­рил: «О, па­мять серд­ца! Ты силь­ней рас­суд­ка па­мя­ти пе­чаль­ной». (4)Это спра­вед­ли­во и в от­но­ше­нии зна­ния нрав­ствен­ных начал, фор­ми­ру­ю­щих че­ло­ве­ка. (5)Зна­ние серд­ца силь­нее зна­ния рас­суд­ка.

(6)Я не­воль­но за­ду­мы­ва­юсь о тех ре­бя­тах, чьё дет­ство про­хо­дит в но­востро­еч­ных рай­о­нах Моск­вы. (7)Растёт па­рень в своем мик­ро­рай­о­не, где есть и кино, и па­рик­ма­хер­ская, и биб­лио­те­ка, но этому парню нечем гор­дить­ся, жиз­нен­ный уклад юного граж­да­ни­на но­во­го мик­ро­рай­о­на лишён какой-либо ха­рак­те­ри­сти­ки, осо­бо­сти, он такой же, как у всех. (8)Без­ли­кое, не­от­ли­чи­мое от фона труд­но лю­бить. (9)Штамп нель­зя лю­бить по­дав­но. (10)Че­ло­ве­че­ская лич­ность за­кла­ды­ва­ет­ся в дет­стве; от дет­ских впе­чат­ле­ний, на­блю­де­ний, пе­ре­жи­ва­ний во мно­гом за­ви­сит, каким ста­нет че­ло­век. (11)В сма­зан­но­сти окру­жа­ю­ще­го труд­но ощу­тить и соб­ствен­ную ин­ди­ви­ду­аль­ность. (12)Па­рень из Ар­мян­ско­го пе­ре­ул­ка был осо­бый па­рень, и чи­сто­пруд­ный  —осо­бый, и по­кров­ский  — осо­бый, и ста­ро­сад­ский  — осо­бый. (13)А этот, из мик­ро­рай­о­на, каков он? (14)Общий, как все,  — стало быть, ни­ка­кой.

(15)Но как бы ни вы­гля­де­ли новые рай­о­ны, в них всё равно не будет того, чем бо­га­та  — до сих пор бо­га­та, не­смот­ря на все тяг­чай­шие по­те­ри,  — ста­рая Москва: связи с про­шлым. (16)Вот по­че­му люди со­хра­ня­ют ис­то­ри­че­ский образ го­ро­да, бе­ре­гут для бу­ду­щих по­ко­ле­ний, изу­ча­ют. (17)В па­мят­ни­ках ар­хи­тек­ту­ры  — де­я­ния пред­ков, ге­ро­и­че­ская боль мно­го­стра­даль­ной рус­ской сто­ли­цы и не­тлен­ная кра­со­та. (18)Пусть мо­ло­дой че­ло­век, уро­же­нец мик­ро­рай­о­на, не уви­дит во­круг себя ста­ри­ны в бла­го­род­ной па­ти­не, он сядет в поезд метро или трол­лей­бус и от­пра­вит­ся в ко­рен­ную часть Моск­вы, где на него гля­нет ис­то­рия за­дум­чи­вы­ми ли­ка­ми ста­рых зда­ний. (19)Даже о до­сто­при­ме­ча­тель­но­стях Моск­вы, таких, как Ва­си­лий Бла­жен­ный, остат­ки Ки­тай­ской стены, Юс­у­по­вы па­ла­ты, дом Паш­ко­ва, Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь, надо что-то знать, чтобы оце­нить по-на­сто­я­ще­му, ис­пол­нить­ся их пре­ле­сти и важ­но­сти.

(По Ю. На­ги­би­ну)

(1)На­вер­ное, оско­ми­ну на­би­ла фраза, что лю­бовь к боль­шой Ро­ди­не на­чи­на­ет­ся с любви к ро­ди­не малой: сво­е­му го­ро­ду, улице, пе­ре­ул­ку, двору, дому. (2)Эту свя­тую прав­ду, за­ча­стую не ощу­щая её жаром и болью серд­ца, знают все. (3)Кон­стан­тин Ба­тюш­ков го­во­рил: «О, па­мять серд­ца! Ты силь­ней рас­суд­ка па­мя­ти пе­чаль­ной». (4)Это спра­вед­ли­во и в от­но­ше­нии зна­ния нрав­ствен­ных начал, фор­ми­ру­ю­щих че­ло­ве­ка. (5)Зна­ние серд­ца силь­нее зна­ния рас­суд­ка.

(6)Я не­воль­но за­ду­мы­ва­юсь о тех ре­бя­тах, чьё дет­ство про­хо­дит в но­востро­еч­ных рай­о­нах Моск­вы. (7)Растёт па­рень в своем мик­ро­рай­о­не, где есть и кино, и па­рик­ма­хер­ская, и биб­лио­те­ка, но этому парню нечем гор­дить­ся, жиз­нен­ный уклад юного граж­да­ни­на но­во­го мик­ро­рай­о­на лишён какой-либо ха­рак­те­ри­сти­ки, осо­бо­сти, он такой же, как у всех. (8)Без­ли­кое, не­от­ли­чи­мое от фона труд­но лю­бить. (9)Штамп нель­зя лю­бить по­дав­но. (10)Че­ло­ве­че­ская лич­ность за­кла­ды­ва­ет­ся в дет­стве; от дет­ских впе­чат­ле­ний, на­блю­де­ний, пе­ре­жи­ва­ний во мно­гом за­ви­сит, каким ста­нет че­ло­век. (11)В сма­зан­но­сти окру­жа­ю­ще­го труд­но ощу­тить и соб­ствен­ную ин­ди­ви­ду­аль­ность. (12)Па­рень из Ар­мян­ско­го пе­ре­ул­ка был осо­бый па­рень, и чи­сто­пруд­ный  —осо­бый, и по­кров­ский  — осо­бый, и ста­ро­сад­ский  — осо­бый. (13)А этот, из мик­ро­рай­о­на, каков он? (14)Общий, как все,  — стало быть, ни­ка­кой.

(15)Но как бы ни вы­гля­де­ли новые рай­о­ны, в них всё равно не будет того, чем бо­га­та  — до сих пор бо­га­та, не­смот­ря на все тяг­чай­шие по­те­ри,  — ста­рая Москва: связи с про­шлым. (16)Вот по­че­му люди со­хра­ня­ют ис­то­ри­че­ский образ го­ро­да, бе­ре­гут для бу­ду­щих по­ко­ле­ний, изу­ча­ют. (17)В па­мят­ни­ках ар­хи­тек­ту­ры  — де­я­ния пред­ков, ге­ро­и­че­ская боль мно­го­стра­даль­ной рус­ской сто­ли­цы и не­тлен­ная кра­со­та. (18)Пусть мо­ло­дой че­ло­век, уро­же­нец мик­ро­рай­о­на, не уви­дит во­круг себя ста­ри­ны в бла­го­род­ной па­ти­не, он сядет в поезд метро или трол­лей­бус и от­пра­вит­ся в ко­рен­ную часть Моск­вы, где на него гля­нет ис­то­рия за­дум­чи­вы­ми ли­ка­ми ста­рых зда­ний. (19)Даже о до­сто­при­ме­ча­тель­но­стях Моск­вы, таких, как Ва­си­лий Бла­жен­ный, остат­ки Ки­тай­ской стены, Юс­у­по­вы па­ла­ты, дом Паш­ко­ва, Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь, надо что-то знать, чтобы оце­нить по-на­сто­я­ще­му, ис­пол­нить­ся их пре­ле­сти и важ­но­сти.

(По Ю. На­ги­би­ну)

(1)На­вер­ное, оско­ми­ну на­би­ла фраза, что лю­бовь к боль­шой Ро­ди­не на­чи­на­ет­ся с любви к ро­ди­не малой: сво­е­му го­ро­ду, улице, пе­ре­ул­ку, двору, дому. (2)Эту свя­тую прав­ду, за­ча­стую не ощу­щая её жаром и болью серд­ца, знают все. (3)Кон­стан­тин Ба­тюш­ков го­во­рил: «О, па­мять серд­ца! Ты силь­ней рас­суд­ка па­мя­ти пе­чаль­ной». (4)Это спра­вед­ли­во и в от­но­ше­нии зна­ния нрав­ствен­ных начал, фор­ми­ру­ю­щих че­ло­ве­ка. (5)Зна­ние серд­ца силь­нее зна­ния рас­суд­ка.

(6)Я не­воль­но за­ду­мы­ва­юсь о тех ре­бя­тах, чьё дет­ство про­хо­дит в но­востро­еч­ных рай­о­нах Моск­вы. (7)Растёт па­рень в своем мик­ро­рай­о­не, где есть и кино, и па­рик­ма­хер­ская, и биб­лио­те­ка, но этому парню нечем гор­дить­ся, жиз­нен­ный уклад юного граж­да­ни­на но­во­го мик­ро­рай­о­на лишён какой-либо ха­рак­те­ри­сти­ки, осо­бо­сти, он такой же, как у всех. (8)Без­ли­кое, не­от­ли­чи­мое от фона труд­но лю­бить. (9)Штамп нель­зя лю­бить по­дав­но. (10)Че­ло­ве­че­ская лич­ность за­кла­ды­ва­ет­ся в дет­стве; от дет­ских впе­чат­ле­ний, на­блю­де­ний, пе­ре­жи­ва­ний во мно­гом за­ви­сит, каким ста­нет че­ло­век. (11)В сма­зан­но­сти окру­жа­ю­ще­го труд­но ощу­тить и соб­ствен­ную ин­ди­ви­ду­аль­ность. (12)Па­рень из Ар­мян­ско­го пе­ре­ул­ка был осо­бый па­рень, и чи­сто­пруд­ный  —осо­бый, и по­кров­ский  — осо­бый, и ста­ро­сад­ский  — осо­бый. (13)А этот, из мик­ро­рай­о­на, каков он? (14)Общий, как все,  — стало быть, ни­ка­кой.

(15)Но как бы ни вы­гля­де­ли новые рай­о­ны, в них всё равно не будет того, чем бо­га­та  — до сих пор бо­га­та, не­смот­ря на все тяг­чай­шие по­те­ри,  — ста­рая Москва: связи с про­шлым. (16)Вот по­че­му люди со­хра­ня­ют ис­то­ри­че­ский образ го­ро­да, бе­ре­гут для бу­ду­щих по­ко­ле­ний, изу­ча­ют. (17)В па­мят­ни­ках ар­хи­тек­ту­ры  — де­я­ния пред­ков, ге­ро­и­че­ская боль мно­го­стра­даль­ной рус­ской сто­ли­цы и не­тлен­ная кра­со­та. (18)Пусть мо­ло­дой че­ло­век, уро­же­нец мик­ро­рай­о­на, не уви­дит во­круг себя ста­ри­ны в бла­го­род­ной па­ти­не, он сядет в поезд метро или трол­лей­бус и от­пра­вит­ся в ко­рен­ную часть Моск­вы, где на него гля­нет ис­то­рия за­дум­чи­вы­ми ли­ка­ми ста­рых зда­ний. (19)Даже о до­сто­при­ме­ча­тель­но­стях Моск­вы, таких, как Ва­си­лий Бла­жен­ный, остат­ки Ки­тай­ской стены, Юс­у­по­вы па­ла­ты, дом Паш­ко­ва, Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь, надо что-то знать, чтобы оце­нить по-на­сто­я­ще­му, ис­пол­нить­ся их пре­ле­сти и важ­но­сти.

(По Ю. На­ги­би­ну)

(1)На­вер­ное, оско­ми­ну на­би­ла фраза, что лю­бовь к боль­шой Ро­ди­не на­чи­на­ет­ся с любви к ро­ди­не малой: сво­е­му го­ро­ду, улице, пе­ре­ул­ку, двору, дому. (2)Эту свя­тую прав­ду, за­ча­стую не ощу­щая её жаром и болью серд­ца, знают все. (3)Кон­стан­тин Ба­тюш­ков го­во­рил: «О, па­мять серд­ца! Ты силь­ней рас­суд­ка па­мя­ти пе­чаль­ной». (4)Это спра­вед­ли­во и в от­но­ше­нии зна­ния нрав­ствен­ных начал, фор­ми­ру­ю­щих че­ло­ве­ка. (5)Зна­ние серд­ца силь­нее зна­ния рас­суд­ка.

(6)Я не­воль­но за­ду­мы­ва­юсь о тех ре­бя­тах, чьё дет­ство про­хо­дит в но­востро­еч­ных рай­о­нах Моск­вы. (7)Растёт па­рень в своем мик­ро­рай­о­не, где есть и кино, и па­рик­ма­хер­ская, и биб­лио­те­ка, но этому парню нечем гор­дить­ся, жиз­нен­ный уклад юного граж­да­ни­на но­во­го мик­ро­рай­о­на лишён какой-либо ха­рак­те­ри­сти­ки, осо­бо­сти, он такой же, как у всех. (8)Без­ли­кое, не­от­ли­чи­мое от фона труд­но лю­бить. (9)Штамп нель­зя лю­бить по­дав­но. (10)Че­ло­ве­че­ская лич­ность за­кла­ды­ва­ет­ся в дет­стве; от дет­ских впе­чат­ле­ний, на­блю­де­ний, пе­ре­жи­ва­ний во мно­гом за­ви­сит, каким ста­нет че­ло­век. (11)В сма­зан­но­сти окру­жа­ю­ще­го труд­но ощу­тить и соб­ствен­ную ин­ди­ви­ду­аль­ность. (12)Па­рень из Ар­мян­ско­го пе­ре­ул­ка был осо­бый па­рень, и чи­сто­пруд­ный  —осо­бый, и по­кров­ский  — осо­бый, и ста­ро­сад­ский  — осо­бый. (13)А этот, из мик­ро­рай­о­на, каков он? (14)Общий, как все,  — стало быть, ни­ка­кой.

(15)Но как бы ни вы­гля­де­ли новые рай­о­ны, в них всё равно не будет того, чем бо­га­та  — до сих пор бо­га­та, не­смот­ря на все тяг­чай­шие по­те­ри,  — ста­рая Москва: связи с про­шлым. (16)Вот по­че­му люди со­хра­ня­ют ис­то­ри­че­ский образ го­ро­да, бе­ре­гут для бу­ду­щих по­ко­ле­ний, изу­ча­ют. (17)В па­мят­ни­ках ар­хи­тек­ту­ры  — де­я­ния пред­ков, ге­ро­и­че­ская боль мно­го­стра­даль­ной рус­ской сто­ли­цы и не­тлен­ная кра­со­та. (18)Пусть мо­ло­дой че­ло­век, уро­же­нец мик­ро­рай­о­на, не уви­дит во­круг себя ста­ри­ны в бла­го­род­ной па­ти­не, он сядет в поезд метро или трол­лей­бус и от­пра­вит­ся в ко­рен­ную часть Моск­вы, где на него гля­нет ис­то­рия за­дум­чи­вы­ми ли­ка­ми ста­рых зда­ний. (19)Даже о до­сто­при­ме­ча­тель­но­стях Моск­вы, таких, как Ва­си­лий Бла­жен­ный, остат­ки Ки­тай­ской стены, Юс­у­по­вы па­ла­ты, дом Паш­ко­ва, Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь, надо что-то знать, чтобы оце­нить по-на­сто­я­ще­му, ис­пол­нить­ся их пре­ле­сти и важ­но­сти.

(По Ю. На­ги­би­ну)

(1)На­вер­ное, оско­ми­ну на­би­ла фраза, что лю­бовь к боль­шой Ро­ди­не на­чи­на­ет­ся с любви к ро­ди­не малой: сво­е­му го­ро­ду, улице, пе­ре­ул­ку, двору, дому. (2)Эту свя­тую прав­ду, за­ча­стую не ощу­щая её жаром и болью серд­ца, знают все. (3)Кон­стан­тин Ба­тюш­ков го­во­рил: «О, па­мять серд­ца! Ты силь­ней рас­суд­ка па­мя­ти пе­чаль­ной». (4)Это спра­вед­ли­во и в от­но­ше­нии зна­ния нрав­ствен­ных начал, фор­ми­ру­ю­щих че­ло­ве­ка. (5)Зна­ние серд­ца силь­нее зна­ния рас­суд­ка.

(6)Я не­воль­но за­ду­мы­ва­юсь о тех ре­бя­тах, чьё дет­ство про­хо­дит в но­востро­еч­ных рай­о­нах Моск­вы. (7)Растёт па­рень в своем мик­ро­рай­о­не, где есть и кино, и па­рик­ма­хер­ская, и биб­лио­те­ка, но этому парню нечем гор­дить­ся, жиз­нен­ный уклад юного граж­да­ни­на но­во­го мик­ро­рай­о­на лишён какой-либо ха­рак­те­ри­сти­ки, осо­бо­сти, он такой же, как у всех. (8)Без­ли­кое, не­от­ли­чи­мое от фона труд­но лю­бить. (9)Штамп нель­зя лю­бить по­дав­но. (10)Че­ло­ве­че­ская лич­ность за­кла­ды­ва­ет­ся в дет­стве; от дет­ских впе­чат­ле­ний, на­блю­де­ний, пе­ре­жи­ва­ний во мно­гом за­ви­сит, каким ста­нет че­ло­век. (11)В сма­зан­но­сти окру­жа­ю­ще­го труд­но ощу­тить и соб­ствен­ную ин­ди­ви­ду­аль­ность. (12)Па­рень из Ар­мян­ско­го пе­ре­ул­ка был осо­бый па­рень, и чи­сто­пруд­ный  —осо­бый, и по­кров­ский  — осо­бый, и ста­ро­сад­ский  — осо­бый. (13)А этот, из мик­ро­рай­о­на, каков он? (14)Общий, как все,  — стало быть, ни­ка­кой.

(15)Но как бы ни вы­гля­де­ли новые рай­о­ны, в них всё равно не будет того, чем бо­га­та  — до сих пор бо­га­та, не­смот­ря на все тяг­чай­шие по­те­ри,  — ста­рая Москва: связи с про­шлым. (16)Вот по­че­му люди со­хра­ня­ют ис­то­ри­че­ский образ го­ро­да, бе­ре­гут для бу­ду­щих по­ко­ле­ний, изу­ча­ют. (17)В па­мят­ни­ках ар­хи­тек­ту­ры  — де­я­ния пред­ков, ге­ро­и­че­ская боль мно­го­стра­даль­ной рус­ской сто­ли­цы и не­тлен­ная кра­со­та. (18)Пусть мо­ло­дой че­ло­век, уро­же­нец мик­ро­рай­о­на, не уви­дит во­круг себя ста­ри­ны в бла­го­род­ной па­ти­не, он сядет в поезд метро или трол­лей­бус и от­пра­вит­ся в ко­рен­ную часть Моск­вы, где на него гля­нет ис­то­рия за­дум­чи­вы­ми ли­ка­ми ста­рых зда­ний. (19)Даже о до­сто­при­ме­ча­тель­но­стях Моск­вы, таких, как Ва­си­лий Бла­жен­ный, остат­ки Ки­тай­ской стены, Юс­у­по­вы па­ла­ты, дом Паш­ко­ва, Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь, надо что-то знать, чтобы оце­нить по-на­сто­я­ще­му, ис­пол­нить­ся их пре­ле­сти и важ­но­сти.

(По Ю. На­ги­би­ну)

(1)На­вер­ное, оско­ми­ну на­би­ла фраза, что лю­бовь к боль­шой Ро­ди­не на­чи­на­ет­ся с любви к ро­ди­не малой: сво­е­му го­ро­ду, улице, пе­ре­ул­ку, двору, дому. (2)Эту свя­тую прав­ду, за­ча­стую не ощу­щая её жаром и болью серд­ца, знают все. (3)Кон­стан­тин Ба­тюш­ков го­во­рил: «О, па­мять серд­ца! Ты силь­ней рас­суд­ка па­мя­ти пе­чаль­ной». (4)Это спра­вед­ли­во и в от­но­ше­нии зна­ния нрав­ствен­ных начал, фор­ми­ру­ю­щих че­ло­ве­ка. (5)Зна­ние серд­ца силь­нее зна­ния рас­суд­ка.

(6)Я не­воль­но за­ду­мы­ва­юсь о тех ре­бя­тах, чьё дет­ство про­хо­дит в но­востро­еч­ных рай­о­нах Моск­вы. (7)Растёт па­рень в своем мик­ро­рай­о­не, где есть и кино, и па­рик­ма­хер­ская, и биб­лио­те­ка, но этому парню нечем гор­дить­ся, жиз­нен­ный уклад юного граж­да­ни­на но­во­го мик­ро­рай­о­на лишён какой-либо ха­рак­те­ри­сти­ки, осо­бо­сти, он такой же, как у всех. (8)Без­ли­кое, не­от­ли­чи­мое от фона труд­но лю­бить. (9)Штамп нель­зя лю­бить по­дав­но. (10)Че­ло­ве­че­ская лич­ность за­кла­ды­ва­ет­ся в дет­стве; от дет­ских впе­чат­ле­ний, на­блю­де­ний, пе­ре­жи­ва­ний во мно­гом за­ви­сит, каким ста­нет че­ло­век. (11)В сма­зан­но­сти окру­жа­ю­ще­го труд­но ощу­тить и соб­ствен­ную ин­ди­ви­ду­аль­ность. (12)Па­рень из Ар­мян­ско­го пе­ре­ул­ка был осо­бый па­рень, и чи­сто­пруд­ный  —осо­бый, и по­кров­ский  — осо­бый, и ста­ро­сад­ский  — осо­бый. (13)А этот, из мик­ро­рай­о­на, каков он? (14)Общий, как все,  — стало быть, ни­ка­кой.

(15)Но как бы ни вы­гля­де­ли новые рай­о­ны, в них всё равно не будет того, чем бо­га­та  — до сих пор бо­га­та, не­смот­ря на все тяг­чай­шие по­те­ри,  — ста­рая Москва: связи с про­шлым. (16)Вот по­че­му люди со­хра­ня­ют ис­то­ри­че­ский образ го­ро­да, бе­ре­гут для бу­ду­щих по­ко­ле­ний, изу­ча­ют. (17)В па­мят­ни­ках ар­хи­тек­ту­ры  — де­я­ния пред­ков, ге­ро­и­че­ская боль мно­го­стра­даль­ной рус­ской сто­ли­цы и не­тлен­ная кра­со­та. (18)Пусть мо­ло­дой че­ло­век, уро­же­нец мик­ро­рай­о­на, не уви­дит во­круг себя ста­ри­ны в бла­го­род­ной па­ти­не, он сядет в поезд метро или трол­лей­бус и от­пра­вит­ся в ко­рен­ную часть Моск­вы, где на него гля­нет ис­то­рия за­дум­чи­вы­ми ли­ка­ми ста­рых зда­ний. (19)Даже о до­сто­при­ме­ча­тель­но­стях Моск­вы, таких, как Ва­си­лий Бла­жен­ный, остат­ки Ки­тай­ской стены, Юс­у­по­вы па­ла­ты, дом Паш­ко­ва, Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь, надо что-то знать, чтобы оце­нить по-на­сто­я­ще­му, ис­пол­нить­ся их пре­ле­сти и важ­но­сти.

(По Ю. На­ги­би­ну)

(1)На­вер­ное, оско­ми­ну на­би­ла фраза, что лю­бовь к боль­шой Ро­ди­не на­чи­на­ет­ся с любви к ро­ди­не малой: сво­е­му го­ро­ду, улице, пе­ре­ул­ку, двору, дому. (2)Эту свя­тую прав­ду, за­ча­стую не ощу­щая её жаром и болью серд­ца, знают все. (3)Кон­стан­тин Ба­тюш­ков го­во­рил: «О, па­мять серд­ца! Ты силь­ней рас­суд­ка па­мя­ти пе­чаль­ной». (4)Это спра­вед­ли­во и в от­но­ше­нии зна­ния нрав­ствен­ных начал, фор­ми­ру­ю­щих че­ло­ве­ка. (5)Зна­ние серд­ца силь­нее зна­ния рас­суд­ка.

(6)Я не­воль­но за­ду­мы­ва­юсь о тех ре­бя­тах, чьё дет­ство про­хо­дит в но­востро­еч­ных рай­о­нах Моск­вы. (7)Растёт па­рень в своем мик­ро­рай­о­не, где есть и кино, и па­рик­ма­хер­ская, и биб­лио­те­ка, но этому парню нечем гор­дить­ся, жиз­нен­ный уклад юного граж­да­ни­на но­во­го мик­ро­рай­о­на лишён какой-либо ха­рак­те­ри­сти­ки, осо­бо­сти, он такой же, как у всех. (8)Без­ли­кое, не­от­ли­чи­мое от фона труд­но лю­бить. (9)Штамп нель­зя лю­бить по­дав­но. (10)Че­ло­ве­че­ская лич­ность за­кла­ды­ва­ет­ся в дет­стве; от дет­ских впе­чат­ле­ний, на­блю­де­ний, пе­ре­жи­ва­ний во мно­гом за­ви­сит, каким ста­нет че­ло­век. (11)В сма­зан­но­сти окру­жа­ю­ще­го труд­но ощу­тить и соб­ствен­ную ин­ди­ви­ду­аль­ность. (12)Па­рень из Ар­мян­ско­го пе­ре­ул­ка был осо­бый па­рень, и чи­сто­пруд­ный  —осо­бый, и по­кров­ский  — осо­бый, и ста­ро­сад­ский  — осо­бый. (13)А этот, из мик­ро­рай­о­на, каков он? (14)Общий, как все,  — стало быть, ни­ка­кой.

(15)Но как бы ни вы­гля­де­ли новые рай­о­ны, в них всё равно не будет того, чем бо­га­та  — до сих пор бо­га­та, не­смот­ря на все тяг­чай­шие по­те­ри,  — ста­рая Москва: связи с про­шлым. (16)Вот по­че­му люди со­хра­ня­ют ис­то­ри­че­ский образ го­ро­да, бе­ре­гут для бу­ду­щих по­ко­ле­ний, изу­ча­ют. (17)В па­мят­ни­ках ар­хи­тек­ту­ры  — де­я­ния пред­ков, ге­ро­и­че­ская боль мно­го­стра­даль­ной рус­ской сто­ли­цы и не­тлен­ная кра­со­та. (18)Пусть мо­ло­дой че­ло­век, уро­же­нец мик­ро­рай­о­на, не уви­дит во­круг себя ста­ри­ны в бла­го­род­ной па­ти­не, он сядет в поезд метро или трол­лей­бус и от­пра­вит­ся в ко­рен­ную часть Моск­вы, где на него гля­нет ис­то­рия за­дум­чи­вы­ми ли­ка­ми ста­рых зда­ний. (19)Даже о до­сто­при­ме­ча­тель­но­стях Моск­вы, таких, как Ва­си­лий Бла­жен­ный, остат­ки Ки­тай­ской стены, Юс­у­по­вы па­ла­ты, дом Паш­ко­ва, Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь, надо что-то знать, чтобы оце­нить по-на­сто­я­ще­му, ис­пол­нить­ся их пре­ле­сти и важ­но­сти.

(По Ю. На­ги­би­ну)