На тре­тий день под..ём по снеж­ной р..внине ста­но­вит..ся более за­мет­ным по­яв­ля..т..ся⁽²⁾ боль­ше тре­щин. Пр..ходит..ся идти ост..рожно пр..щу­пы­вая сне(г/к) что(бы) не про­ва­лит..ся через его тон­кий слой скры­ва..щий тре­щи­ны.

На се­ве­ре тучи рас­хо­дят..ся и тогда между их се­ры­ми клоч..ями то по­ка­зы­ва­ют..ся то и(з/с)че­за­ют горы. На их бе­ло­снеж­ном фоне ч..рнеют ск..ли­стые от­ро­ги. (Не)за­хо­дя­щее со..нце катит..ся над самым греб­нем хреб­та туск­ло светя⁽³⁾ скво(з/с)ь п..лену туч.. .

Сне­го­вая р..внина на пе­редн..м плане по­кры­ва­ет..ся пят­на­ми и пол..сами отраж..(н,нн)ыми от неба. Общая к..ртина сне­го­вой пу­стын.. и та­ин­стве(н,нн)ого хреб­та, ко­то­рый (в)пер­вые пре(д/т)стаёт перед гла­за­ми пу­те­ше­стве(н,нн)иков, про­сто пор..зи­тель­на.

Под..ём на этот хре­бет за­труднё(н,нн) из(за) силь­ных тре­щин тол­сто­го льда.⁽⁴⁾ Лед..ной поток, ко­то­рый спус­ка­ет..ся по д..лине юж­но­го скло­на хреб­та, имеет до ки­ло­мет­ра в ши­ри­ну. С об..их сто­рон он окаймлё(н,нн) кру­ты­ми тёмными от­ко­са­ми.

На тре­тий день под..ём по снеж­ной р..внине ста­но­вит..ся более за­мет­ным по­яв­ля..т..ся⁽²⁾ боль­ше тре­щин. Пр..ходит..ся идти ост..рожно пр..щу­пы­вая сне(г/к) что(бы) не про­ва­лит..ся через его тон­кий слой скры­ва..щий тре­щи­ны.

На се­ве­ре тучи рас­хо­дят..ся и тогда между их се­ры­ми клоч..ями то по­ка­зы­ва­ют..ся то и(з/с)че­за­ют горы. На их бе­ло­снеж­ном фоне ч..рнеют ск..ли­стые от­ро­ги. (Не)за­хо­дя­щее со..нце катит..ся над самым греб­нем хреб­та туск­ло светя⁽³⁾ скво(з/с)ь п..лену туч.. .

Сне­го­вая р..внина на пе­редн..м плане по­кры­ва­ет..ся пят­на­ми и пол..сами отраж..(н,нн)ыми от неба. Общая к..ртина сне­го­вой пу­стын.. и та­ин­стве(н,нн)ого хреб­та, ко­то­рый (в)пер­вые пре(д/т)стаёт перед гла­за­ми пу­те­ше­стве(н,нн)иков, про­сто пор..зи­тель­на.

Под..ём на этот хре­бет за­труднё(н,нн) из(за) силь­ных тре­щин тол­сто­го льда.⁽⁴⁾ Лед..ной поток, ко­то­рый спус­ка­ет..ся по д..лине юж­но­го скло­на хреб­та, имеет до ки­ло­мет­ра в ши­ри­ну. С об..их сто­рон он окаймлё(н,нн) кру­ты­ми тёмными от­ко­са­ми.

(1)Каж­дый оби­та­тель на­ше­го дома знал, на­сколь­ко Урод­ли­вый был урод­лив. (2)Он имел толь­ко один глаз, на месте дру­го­го зияло от­вер­стие, еле при­кры­тое ко­ша­чьи­ми ве­ка­ми, с той же самой сто­ро­ны от­сут­ство­ва­ло и ухо, а левая нога была когда-то по­ло­ма­на и сро­слась под каким-то не­ве­ро­ят­ным углом. (3)Его хвост от­сут­ство­вал, остал­ся толь­ко ма­лень­кий огры­зок, ко­то­рый по­сто­ян­но дёргал­ся…

(4)У лю­бо­го, смот­рев­ше­го на него, на­вер­ное, воз­ни­ка­ла одна ре­ак­ция: до чего же урод­ли­вый кот. (5)Всем детям было ка­те­го­ри­че­ски за­пре­ще­но ка­сать­ся его, а взрос­лые по­ли­ва­ли его из шлан­га, когда он пы­тал­ся войти в дом.

(6)На все дей­ствия детей и взрос­лых, оби­жав­ших его, Урод­ли­вый все­гда ре­а­ги­ро­вал оди­на­ко­во. (7)Если он видел детей, он бежал к ним, тёрся го­ло­вой о руки, гром­ко мя­у­кал, вы­пра­ши­вая ласку.

(8)Од­на­ж­ды Урод­ли­вый по­пы­тал­ся по­дру­жить­ся с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми. (9)Из сво­е­го окна я услы­шал его крики.

(10)Когда я до­бе­жал до него, Урод­ли­вый был силь­но по­ку­сан. (11)Он лежал, свер­нув­шись в клу­бок, сме­жив един­ствен­ный глаз, и след от слезы пе­ре­се­кал его нос.

(12)Я нёс его домой и боль­ше всего бо­ял­ся на­вре­дить ему ещё боль­ше. (13)Я при­жал его к себе. (14)Он кос­нул­ся го­ло­вой ла­до­ни моей руки, его зо­ло­той глаз по­вер­нул­ся в мою сто­ро­ну, и я услы­шал мур­лы­ка­ние. (15)Даже ис­пы­ты­вая такую страш­ную боль, кот про­сил о ка­пель­ке при­вя­зан­но­сти, о ка­пель­ке со­стра­да­ния и любви.

(16)Я понял, что имею дело с самым лю­бя­щим и кра­си­вым су­ще­ством из всех, кого встре­чал в жизни. (17)А он смот­рел на меня, уве­рен­ный, что я сумею смяг­чить его боль, что на­ко­нец-то нашёлся на­сто­я­щий хо­зя­ин. (18)И этому хо­зя­и­ну можно от­дать всю силу не­рас­тра­чен­ной любви…

(19)Впо­след­ствии я много раз­мыш­лял о том, как один не­счаст­ный кот-ка­ле­ка смог из­ме­нить мои пред­став­ле­ния о том, что такое ис­тин­ная чи­сто­та духа, вер­ная и бес­пре­дель­ная лю­бовь. (20)Урод­ли­вый со­об­щил мне о со­стра­да­нии боль­ше, чем ты­ся­ча книг, лек­ций, про­по­ве­дей или раз­го­во­ров.

(По В. Чер­но­ре­чи­ну)

(1)Каж­дый оби­та­тель на­ше­го дома знал, на­сколь­ко Урод­ли­вый был урод­лив. (2)Он имел толь­ко один глаз, на месте дру­го­го зияло от­вер­стие, еле при­кры­тое ко­ша­чьи­ми ве­ка­ми, с той же самой сто­ро­ны от­сут­ство­ва­ло и ухо, а левая нога была когда-то по­ло­ма­на и сро­слась под каким-то не­ве­ро­ят­ным углом. (3)Его хвост от­сут­ство­вал, остал­ся толь­ко ма­лень­кий огры­зок, ко­то­рый по­сто­ян­но дёргал­ся…

(4)У лю­бо­го, смот­рев­ше­го на него, на­вер­ное, воз­ни­ка­ла одна ре­ак­ция: до чего же урод­ли­вый кот. (5)Всем детям было ка­те­го­ри­че­ски за­пре­ще­но ка­сать­ся его, а взрос­лые по­ли­ва­ли его из шлан­га, когда он пы­тал­ся войти в дом.

(6)На все дей­ствия детей и взрос­лых, оби­жав­ших его, Урод­ли­вый все­гда ре­а­ги­ро­вал оди­на­ко­во. (7)Если он видел детей, он бежал к ним, тёрся го­ло­вой о руки, гром­ко мя­у­кал, вы­пра­ши­вая ласку.

(8)Од­на­ж­ды Урод­ли­вый по­пы­тал­ся по­дру­жить­ся с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми. (9)Из сво­е­го окна я услы­шал его крики.

(10)Когда я до­бе­жал до него, Урод­ли­вый был силь­но по­ку­сан. (11)Он лежал, свер­нув­шись в клу­бок, сме­жив един­ствен­ный глаз, и след от слезы пе­ре­се­кал его нос.

(12)Я нёс его домой и боль­ше всего бо­ял­ся на­вре­дить ему ещё боль­ше. (13)Я при­жал его к себе. (14)Он кос­нул­ся го­ло­вой ла­до­ни моей руки, его зо­ло­той глаз по­вер­нул­ся в мою сто­ро­ну, и я услы­шал мур­лы­ка­ние. (15)Даже ис­пы­ты­вая такую страш­ную боль, кот про­сил о ка­пель­ке при­вя­зан­но­сти, о ка­пель­ке со­стра­да­ния и любви.

(16)Я понял, что имею дело с самым лю­бя­щим и кра­си­вым су­ще­ством из всех, кого встре­чал в жизни. (17)А он смот­рел на меня, уве­рен­ный, что я сумею смяг­чить его боль, что на­ко­нец-то нашёлся на­сто­я­щий хо­зя­ин. (18)И этому хо­зя­и­ну можно от­дать всю силу не­рас­тра­чен­ной любви…

(19)Впо­след­ствии я много раз­мыш­лял о том, как один не­счаст­ный кот-ка­ле­ка смог из­ме­нить мои пред­став­ле­ния о том, что такое ис­тин­ная чи­сто­та духа, вер­ная и бес­пре­дель­ная лю­бовь. (20)Урод­ли­вый со­об­щил мне о со­стра­да­нии боль­ше, чем ты­ся­ча книг, лек­ций, про­по­ве­дей или раз­го­во­ров.

(По В. Чер­но­ре­чи­ну)

(1)Каж­дый оби­та­тель на­ше­го дома знал, на­сколь­ко Урод­ли­вый был урод­лив. (2)Он имел толь­ко один глаз, на месте дру­го­го зияло от­вер­стие, еле при­кры­тое ко­ша­чьи­ми ве­ка­ми, с той же самой сто­ро­ны от­сут­ство­ва­ло и ухо, а левая нога была когда-то по­ло­ма­на и сро­слась под каким-то не­ве­ро­ят­ным углом. (3)Его хвост от­сут­ство­вал, остал­ся толь­ко ма­лень­кий огры­зок, ко­то­рый по­сто­ян­но дёргал­ся…

(4)У лю­бо­го, смот­рев­ше­го на него, на­вер­ное, воз­ни­ка­ла одна ре­ак­ция: до чего же урод­ли­вый кот. (5)Всем детям было ка­те­го­ри­че­ски за­пре­ще­но ка­сать­ся его, а взрос­лые по­ли­ва­ли его из шлан­га, когда он пы­тал­ся войти в дом.

(6)На все дей­ствия детей и взрос­лых, оби­жав­ших его, Урод­ли­вый все­гда ре­а­ги­ро­вал оди­на­ко­во. (7)Если он видел детей, он бежал к ним, тёрся го­ло­вой о руки, гром­ко мя­у­кал, вы­пра­ши­вая ласку.

(8)Од­на­ж­ды Урод­ли­вый по­пы­тал­ся по­дру­жить­ся с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми. (9)Из сво­е­го окна я услы­шал его крики.

(10)Когда я до­бе­жал до него, Урод­ли­вый был силь­но по­ку­сан. (11)Он лежал, свер­нув­шись в клу­бок, сме­жив един­ствен­ный глаз, и след от слезы пе­ре­се­кал его нос.

(12)Я нёс его домой и боль­ше всего бо­ял­ся на­вре­дить ему ещё боль­ше. (13)Я при­жал его к себе. (14)Он кос­нул­ся го­ло­вой ла­до­ни моей руки, его зо­ло­той глаз по­вер­нул­ся в мою сто­ро­ну, и я услы­шал мур­лы­ка­ние. (15)Даже ис­пы­ты­вая такую страш­ную боль, кот про­сил о ка­пель­ке при­вя­зан­но­сти, о ка­пель­ке со­стра­да­ния и любви.

(16)Я понял, что имею дело с самым лю­бя­щим и кра­си­вым су­ще­ством из всех, кого встре­чал в жизни. (17)А он смот­рел на меня, уве­рен­ный, что я сумею смяг­чить его боль, что на­ко­нец-то нашёлся на­сто­я­щий хо­зя­ин. (18)И этому хо­зя­и­ну можно от­дать всю силу не­рас­тра­чен­ной любви…

(19)Впо­след­ствии я много раз­мыш­лял о том, как один не­счаст­ный кот-ка­ле­ка смог из­ме­нить мои пред­став­ле­ния о том, что такое ис­тин­ная чи­сто­та духа, вер­ная и бес­пре­дель­ная лю­бовь. (20)Урод­ли­вый со­об­щил мне о со­стра­да­нии боль­ше, чем ты­ся­ча книг, лек­ций, про­по­ве­дей или раз­го­во­ров.

(По В. Чер­но­ре­чи­ну)

(1)Каж­дый оби­та­тель на­ше­го дома знал, на­сколь­ко Урод­ли­вый был урод­лив. (2)Он имел толь­ко один глаз, на месте дру­го­го зияло от­вер­стие, еле при­кры­тое ко­ша­чьи­ми ве­ка­ми, с той же самой сто­ро­ны от­сут­ство­ва­ло и ухо, а левая нога была когда-то по­ло­ма­на и сро­слась под каким-то не­ве­ро­ят­ным углом. (3)Его хвост от­сут­ство­вал, остал­ся толь­ко ма­лень­кий огры­зок, ко­то­рый по­сто­ян­но дёргал­ся…

(4)У лю­бо­го, смот­рев­ше­го на него, на­вер­ное, воз­ни­ка­ла одна ре­ак­ция: до чего же урод­ли­вый кот. (5)Всем детям было ка­те­го­ри­че­ски за­пре­ще­но ка­сать­ся его, а взрос­лые по­ли­ва­ли его из шлан­га, когда он пы­тал­ся войти в дом.

(6)На все дей­ствия детей и взрос­лых, оби­жав­ших его, Урод­ли­вый все­гда ре­а­ги­ро­вал оди­на­ко­во. (7)Если он видел детей, он бежал к ним, тёрся го­ло­вой о руки, гром­ко мя­у­кал, вы­пра­ши­вая ласку.

(8)Од­на­ж­ды Урод­ли­вый по­пы­тал­ся по­дру­жить­ся с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми. (9)Из сво­е­го окна я услы­шал его крики.

(10)Когда я до­бе­жал до него, Урод­ли­вый был силь­но по­ку­сан. (11)Он лежал, свер­нув­шись в клу­бок, сме­жив един­ствен­ный глаз, и след от слезы пе­ре­се­кал его нос.

(12)Я нёс его домой и боль­ше всего бо­ял­ся на­вре­дить ему ещё боль­ше. (13)Я при­жал его к себе. (14)Он кос­нул­ся го­ло­вой ла­до­ни моей руки, его зо­ло­той глаз по­вер­нул­ся в мою сто­ро­ну, и я услы­шал мур­лы­ка­ние. (15)Даже ис­пы­ты­вая такую страш­ную боль, кот про­сил о ка­пель­ке при­вя­зан­но­сти, о ка­пель­ке со­стра­да­ния и любви.

(16)Я понял, что имею дело с самым лю­бя­щим и кра­си­вым су­ще­ством из всех, кого встре­чал в жизни. (17)А он смот­рел на меня, уве­рен­ный, что я сумею смяг­чить его боль, что на­ко­нец-то нашёлся на­сто­я­щий хо­зя­ин. (18)И этому хо­зя­и­ну можно от­дать всю силу не­рас­тра­чен­ной любви…

(19)Впо­след­ствии я много раз­мыш­лял о том, как один не­счаст­ный кот-ка­ле­ка смог из­ме­нить мои пред­став­ле­ния о том, что такое ис­тин­ная чи­сто­та духа, вер­ная и бес­пре­дель­ная лю­бовь. (20)Урод­ли­вый со­об­щил мне о со­стра­да­нии боль­ше, чем ты­ся­ча книг, лек­ций, про­по­ве­дей или раз­го­во­ров.

(По В. Чер­но­ре­чи­ну)

(1)Каж­дый оби­та­тель на­ше­го дома знал, на­сколь­ко Урод­ли­вый был урод­лив. (2)Он имел толь­ко один глаз, на месте дру­го­го зияло от­вер­стие, еле при­кры­тое ко­ша­чьи­ми ве­ка­ми, с той же самой сто­ро­ны от­сут­ство­ва­ло и ухо, а левая нога была когда-то по­ло­ма­на и сро­слась под каким-то не­ве­ро­ят­ным углом. (3)Его хвост от­сут­ство­вал, остал­ся толь­ко ма­лень­кий огры­зок, ко­то­рый по­сто­ян­но дёргал­ся…

(4)У лю­бо­го, смот­рев­ше­го на него, на­вер­ное, воз­ни­ка­ла одна ре­ак­ция: до чего же урод­ли­вый кот. (5)Всем детям было ка­те­го­ри­че­ски за­пре­ще­но ка­сать­ся его, а взрос­лые по­ли­ва­ли его из шлан­га, когда он пы­тал­ся войти в дом.

(6)На все дей­ствия детей и взрос­лых, оби­жав­ших его, Урод­ли­вый все­гда ре­а­ги­ро­вал оди­на­ко­во. (7)Если он видел детей, он бежал к ним, тёрся го­ло­вой о руки, гром­ко мя­у­кал, вы­пра­ши­вая ласку.

(8)Од­на­ж­ды Урод­ли­вый по­пы­тал­ся по­дру­жить­ся с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми. (9)Из сво­е­го окна я услы­шал его крики.

(10)Когда я до­бе­жал до него, Урод­ли­вый был силь­но по­ку­сан. (11)Он лежал, свер­нув­шись в клу­бок, сме­жив един­ствен­ный глаз, и след от слезы пе­ре­се­кал его нос.

(12)Я нёс его домой и боль­ше всего бо­ял­ся на­вре­дить ему ещё боль­ше. (13)Я при­жал его к себе. (14)Он кос­нул­ся го­ло­вой ла­до­ни моей руки, его зо­ло­той глаз по­вер­нул­ся в мою сто­ро­ну, и я услы­шал мур­лы­ка­ние. (15)Даже ис­пы­ты­вая такую страш­ную боль, кот про­сил о ка­пель­ке при­вя­зан­но­сти, о ка­пель­ке со­стра­да­ния и любви.

(16)Я понял, что имею дело с самым лю­бя­щим и кра­си­вым су­ще­ством из всех, кого встре­чал в жизни. (17)А он смот­рел на меня, уве­рен­ный, что я сумею смяг­чить его боль, что на­ко­нец-то нашёлся на­сто­я­щий хо­зя­ин. (18)И этому хо­зя­и­ну можно от­дать всю силу не­рас­тра­чен­ной любви…

(19)Впо­след­ствии я много раз­мыш­лял о том, как один не­счаст­ный кот-ка­ле­ка смог из­ме­нить мои пред­став­ле­ния о том, что такое ис­тин­ная чи­сто­та духа, вер­ная и бес­пре­дель­ная лю­бовь. (20)Урод­ли­вый со­об­щил мне о со­стра­да­нии боль­ше, чем ты­ся­ча книг, лек­ций, про­по­ве­дей или раз­го­во­ров.

(По В. Чер­но­ре­чи­ну)

(1)Каж­дый оби­та­тель на­ше­го дома знал, на­сколь­ко Урод­ли­вый был урод­лив. (2)Он имел толь­ко один глаз, на месте дру­го­го зияло от­вер­стие, еле при­кры­тое ко­ша­чьи­ми ве­ка­ми, с той же самой сто­ро­ны от­сут­ство­ва­ло и ухо, а левая нога была когда-то по­ло­ма­на и сро­слась под каким-то не­ве­ро­ят­ным углом. (3)Его хвост от­сут­ство­вал, остал­ся толь­ко ма­лень­кий огры­зок, ко­то­рый по­сто­ян­но дёргал­ся…

(4)У лю­бо­го, смот­рев­ше­го на него, на­вер­ное, воз­ни­ка­ла одна ре­ак­ция: до чего же урод­ли­вый кот. (5)Всем детям было ка­те­го­ри­че­ски за­пре­ще­но ка­сать­ся его, а взрос­лые по­ли­ва­ли его из шлан­га, когда он пы­тал­ся войти в дом.

(6)На все дей­ствия детей и взрос­лых, оби­жав­ших его, Урод­ли­вый все­гда ре­а­ги­ро­вал оди­на­ко­во. (7)Если он видел детей, он бежал к ним, тёрся го­ло­вой о руки, гром­ко мя­у­кал, вы­пра­ши­вая ласку.

(8)Од­на­ж­ды Урод­ли­вый по­пы­тал­ся по­дру­жить­ся с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми. (9)Из сво­е­го окна я услы­шал его крики.

(10)Когда я до­бе­жал до него, Урод­ли­вый был силь­но по­ку­сан. (11)Он лежал, свер­нув­шись в клу­бок, сме­жив един­ствен­ный глаз, и след от слезы пе­ре­се­кал его нос.

(12)Я нёс его домой и боль­ше всего бо­ял­ся на­вре­дить ему ещё боль­ше. (13)Я при­жал его к себе. (14)Он кос­нул­ся го­ло­вой ла­до­ни моей руки, его зо­ло­той глаз по­вер­нул­ся в мою сто­ро­ну, и я услы­шал мур­лы­ка­ние. (15)Даже ис­пы­ты­вая такую страш­ную боль, кот про­сил о ка­пель­ке при­вя­зан­но­сти, о ка­пель­ке со­стра­да­ния и любви.

(16)Я понял, что имею дело с самым лю­бя­щим и кра­си­вым су­ще­ством из всех, кого встре­чал в жизни. (17)А он смот­рел на меня, уве­рен­ный, что я сумею смяг­чить его боль, что на­ко­нец-то нашёлся на­сто­я­щий хо­зя­ин. (18)И этому хо­зя­и­ну можно от­дать всю силу не­рас­тра­чен­ной любви…

(19)Впо­след­ствии я много раз­мыш­лял о том, как один не­счаст­ный кот-ка­ле­ка смог из­ме­нить мои пред­став­ле­ния о том, что такое ис­тин­ная чи­сто­та духа, вер­ная и бес­пре­дель­ная лю­бовь. (20)Урод­ли­вый со­об­щил мне о со­стра­да­нии боль­ше, чем ты­ся­ча книг, лек­ций, про­по­ве­дей или раз­го­во­ров.

(По В. Чер­но­ре­чи­ну)

(1)Каж­дый оби­та­тель на­ше­го дома знал, на­сколь­ко Урод­ли­вый был урод­лив. (2)Он имел толь­ко один глаз, на месте дру­го­го зияло от­вер­стие, еле при­кры­тое ко­ша­чьи­ми ве­ка­ми, с той же самой сто­ро­ны от­сут­ство­ва­ло и ухо, а левая нога была когда-то по­ло­ма­на и сро­слась под каким-то не­ве­ро­ят­ным углом. (3)Его хвост от­сут­ство­вал, остал­ся толь­ко ма­лень­кий огры­зок, ко­то­рый по­сто­ян­но дёргал­ся…

(4)У лю­бо­го, смот­рев­ше­го на него, на­вер­ное, воз­ни­ка­ла одна ре­ак­ция: до чего же урод­ли­вый кот. (5)Всем детям было ка­те­го­ри­че­ски за­пре­ще­но ка­сать­ся его, а взрос­лые по­ли­ва­ли его из шлан­га, когда он пы­тал­ся войти в дом.

(6)На все дей­ствия детей и взрос­лых, оби­жав­ших его, Урод­ли­вый все­гда ре­а­ги­ро­вал оди­на­ко­во. (7)Если он видел детей, он бежал к ним, тёрся го­ло­вой о руки, гром­ко мя­у­кал, вы­пра­ши­вая ласку.

(8)Од­на­ж­ды Урод­ли­вый по­пы­тал­ся по­дру­жить­ся с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми. (9)Из сво­е­го окна я услы­шал его крики.

(10)Когда я до­бе­жал до него, Урод­ли­вый был силь­но по­ку­сан. (11)Он лежал, свер­нув­шись в клу­бок, сме­жив един­ствен­ный глаз, и след от слезы пе­ре­се­кал его нос.

(12)Я нёс его домой и боль­ше всего бо­ял­ся на­вре­дить ему ещё боль­ше. (13)Я при­жал его к себе. (14)Он кос­нул­ся го­ло­вой ла­до­ни моей руки, его зо­ло­той глаз по­вер­нул­ся в мою сто­ро­ну, и я услы­шал мур­лы­ка­ние. (15)Даже ис­пы­ты­вая такую страш­ную боль, кот про­сил о ка­пель­ке при­вя­зан­но­сти, о ка­пель­ке со­стра­да­ния и любви.

(16)Я понял, что имею дело с самым лю­бя­щим и кра­си­вым су­ще­ством из всех, кого встре­чал в жизни. (17)А он смот­рел на меня, уве­рен­ный, что я сумею смяг­чить его боль, что на­ко­нец-то нашёлся на­сто­я­щий хо­зя­ин. (18)И этому хо­зя­и­ну можно от­дать всю силу не­рас­тра­чен­ной любви…

(19)Впо­след­ствии я много раз­мыш­лял о том, как один не­счаст­ный кот-ка­ле­ка смог из­ме­нить мои пред­став­ле­ния о том, что такое ис­тин­ная чи­сто­та духа, вер­ная и бес­пре­дель­ная лю­бовь. (20)Урод­ли­вый со­об­щил мне о со­стра­да­нии боль­ше, чем ты­ся­ча книг, лек­ций, про­по­ве­дей или раз­го­во­ров.

(По В. Чер­но­ре­чи­ну)

(1)Каж­дый оби­та­тель на­ше­го дома знал, на­сколь­ко Урод­ли­вый был урод­лив. (2)Он имел толь­ко один глаз, на месте дру­го­го зияло от­вер­стие, еле при­кры­тое ко­ша­чьи­ми ве­ка­ми, с той же самой сто­ро­ны от­сут­ство­ва­ло и ухо, а левая нога была когда-то по­ло­ма­на и сро­слась под каким-то не­ве­ро­ят­ным углом. (3)Его хвост от­сут­ство­вал, остал­ся толь­ко ма­лень­кий огры­зок, ко­то­рый по­сто­ян­но дёргал­ся…

(4)У лю­бо­го, смот­рев­ше­го на него, на­вер­ное, воз­ни­ка­ла одна ре­ак­ция: до чего же урод­ли­вый кот. (5)Всем детям было ка­те­го­ри­че­ски за­пре­ще­но ка­сать­ся его, а взрос­лые по­ли­ва­ли его из шлан­га, когда он пы­тал­ся войти в дом.

(6)На все дей­ствия детей и взрос­лых, оби­жав­ших его, Урод­ли­вый все­гда ре­а­ги­ро­вал оди­на­ко­во. (7)Если он видел детей, он бежал к ним, тёрся го­ло­вой о руки, гром­ко мя­у­кал, вы­пра­ши­вая ласку.

(8)Од­на­ж­ды Урод­ли­вый по­пы­тал­ся по­дру­жить­ся с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми. (9)Из сво­е­го окна я услы­шал его крики.

(10)Когда я до­бе­жал до него, Урод­ли­вый был силь­но по­ку­сан. (11)Он лежал, свер­нув­шись в клу­бок, сме­жив един­ствен­ный глаз, и след от слезы пе­ре­се­кал его нос.

(12)Я нёс его домой и боль­ше всего бо­ял­ся на­вре­дить ему ещё боль­ше. (13)Я при­жал его к себе. (14)Он кос­нул­ся го­ло­вой ла­до­ни моей руки, его зо­ло­той глаз по­вер­нул­ся в мою сто­ро­ну, и я услы­шал мур­лы­ка­ние. (15)Даже ис­пы­ты­вая такую страш­ную боль, кот про­сил о ка­пель­ке при­вя­зан­но­сти, о ка­пель­ке со­стра­да­ния и любви.

(16)Я понял, что имею дело с самым лю­бя­щим и кра­си­вым су­ще­ством из всех, кого встре­чал в жизни. (17)А он смот­рел на меня, уве­рен­ный, что я сумею смяг­чить его боль, что на­ко­нец-то нашёлся на­сто­я­щий хо­зя­ин. (18)И этому хо­зя­и­ну можно от­дать всю силу не­рас­тра­чен­ной любви…

(19)Впо­след­ствии я много раз­мыш­лял о том, как один не­счаст­ный кот-ка­ле­ка смог из­ме­нить мои пред­став­ле­ния о том, что такое ис­тин­ная чи­сто­та духа, вер­ная и бес­пре­дель­ная лю­бовь. (20)Урод­ли­вый со­об­щил мне о со­стра­да­нии боль­ше, чем ты­ся­ча книг, лек­ций, про­по­ве­дей или раз­го­во­ров.

(По В. Чер­но­ре­чи­ну)

(1)Каж­дый оби­та­тель на­ше­го дома знал, на­сколь­ко Урод­ли­вый был урод­лив. (2)Он имел толь­ко один глаз, на месте дру­го­го зияло от­вер­стие, еле при­кры­тое ко­ша­чьи­ми ве­ка­ми, с той же самой сто­ро­ны от­сут­ство­ва­ло и ухо, а левая нога была когда-то по­ло­ма­на и сро­слась под каким-то не­ве­ро­ят­ным углом. (3)Его хвост от­сут­ство­вал, остал­ся толь­ко ма­лень­кий огры­зок, ко­то­рый по­сто­ян­но дёргал­ся…

(4)У лю­бо­го, смот­рев­ше­го на него, на­вер­ное, воз­ни­ка­ла одна ре­ак­ция: до чего же урод­ли­вый кот. (5)Всем детям было ка­те­го­ри­че­ски за­пре­ще­но ка­сать­ся его, а взрос­лые по­ли­ва­ли его из шлан­га, когда он пы­тал­ся войти в дом.

(6)На все дей­ствия детей и взрос­лых, оби­жав­ших его, Урод­ли­вый все­гда ре­а­ги­ро­вал оди­на­ко­во. (7)Если он видел детей, он бежал к ним, тёрся го­ло­вой о руки, гром­ко мя­у­кал, вы­пра­ши­вая ласку.

(8)Од­на­ж­ды Урод­ли­вый по­пы­тал­ся по­дру­жить­ся с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми. (9)Из сво­е­го окна я услы­шал его крики.

(10)Когда я до­бе­жал до него, Урод­ли­вый был силь­но по­ку­сан. (11)Он лежал, свер­нув­шись в клу­бок, сме­жив един­ствен­ный глаз, и след от слезы пе­ре­се­кал его нос.

(12)Я нёс его домой и боль­ше всего бо­ял­ся на­вре­дить ему ещё боль­ше. (13)Я при­жал его к себе. (14)Он кос­нул­ся го­ло­вой ла­до­ни моей руки, его зо­ло­той глаз по­вер­нул­ся в мою сто­ро­ну, и я услы­шал мур­лы­ка­ние. (15)Даже ис­пы­ты­вая такую страш­ную боль, кот про­сил о ка­пель­ке при­вя­зан­но­сти, о ка­пель­ке со­стра­да­ния и любви.

(16)Я понял, что имею дело с самым лю­бя­щим и кра­си­вым су­ще­ством из всех, кого встре­чал в жизни. (17)А он смот­рел на меня, уве­рен­ный, что я сумею смяг­чить его боль, что на­ко­нец-то нашёлся на­сто­я­щий хо­зя­ин. (18)И этому хо­зя­и­ну можно от­дать всю силу не­рас­тра­чен­ной любви…

(19)Впо­след­ствии я много раз­мыш­лял о том, как один не­счаст­ный кот-ка­ле­ка смог из­ме­нить мои пред­став­ле­ния о том, что такое ис­тин­ная чи­сто­та духа, вер­ная и бес­пре­дель­ная лю­бовь. (20)Урод­ли­вый со­об­щил мне о со­стра­да­нии боль­ше, чем ты­ся­ча книг, лек­ций, про­по­ве­дей или раз­го­во­ров.

(По В. Чер­но­ре­чи­ну)

(1)Каж­дый оби­та­тель на­ше­го дома знал, на­сколь­ко Урод­ли­вый был урод­лив. (2)Он имел толь­ко один глаз, на месте дру­го­го зияло от­вер­стие, еле при­кры­тое ко­ша­чьи­ми ве­ка­ми, с той же самой сто­ро­ны от­сут­ство­ва­ло и ухо, а левая нога была когда-то по­ло­ма­на и сро­слась под каким-то не­ве­ро­ят­ным углом. (3)Его хвост от­сут­ство­вал, остал­ся толь­ко ма­лень­кий огры­зок, ко­то­рый по­сто­ян­но дёргал­ся…

(4)У лю­бо­го, смот­рев­ше­го на него, на­вер­ное, воз­ни­ка­ла одна ре­ак­ция: до чего же урод­ли­вый кот. (5)Всем детям было ка­те­го­ри­че­ски за­пре­ще­но ка­сать­ся его, а взрос­лые по­ли­ва­ли его из шлан­га, когда он пы­тал­ся войти в дом.

(6)На все дей­ствия детей и взрос­лых, оби­жав­ших его, Урод­ли­вый все­гда ре­а­ги­ро­вал оди­на­ко­во. (7)Если он видел детей, он бежал к ним, тёрся го­ло­вой о руки, гром­ко мя­у­кал, вы­пра­ши­вая ласку.

(8)Од­на­ж­ды Урод­ли­вый по­пы­тал­ся по­дру­жить­ся с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми. (9)Из сво­е­го окна я услы­шал его крики.

(10)Когда я до­бе­жал до него, Урод­ли­вый был силь­но по­ку­сан. (11)Он лежал, свер­нув­шись в клу­бок, сме­жив един­ствен­ный глаз, и след от слезы пе­ре­се­кал его нос.

(12)Я нёс его домой и боль­ше всего бо­ял­ся на­вре­дить ему ещё боль­ше. (13)Я при­жал его к себе. (14)Он кос­нул­ся го­ло­вой ла­до­ни моей руки, его зо­ло­той глаз по­вер­нул­ся в мою сто­ро­ну, и я услы­шал мур­лы­ка­ние. (15)Даже ис­пы­ты­вая такую страш­ную боль, кот про­сил о ка­пель­ке при­вя­зан­но­сти, о ка­пель­ке со­стра­да­ния и любви.

(16)Я понял, что имею дело с самым лю­бя­щим и кра­си­вым су­ще­ством из всех, кого встре­чал в жизни. (17)А он смот­рел на меня, уве­рен­ный, что я сумею смяг­чить его боль, что на­ко­нец-то нашёлся на­сто­я­щий хо­зя­ин. (18)И этому хо­зя­и­ну можно от­дать всю силу не­рас­тра­чен­ной любви…

(19)Впо­след­ствии я много раз­мыш­лял о том, как один не­счаст­ный кот-ка­ле­ка смог из­ме­нить мои пред­став­ле­ния о том, что такое ис­тин­ная чи­сто­та духа, вер­ная и бес­пре­дель­ная лю­бовь. (20)Урод­ли­вый со­об­щил мне о со­стра­да­нии боль­ше, чем ты­ся­ча книг, лек­ций, про­по­ве­дей или раз­го­во­ров.

(По В. Чер­но­ре­чи­ну)

(1)Каж­дый оби­та­тель на­ше­го дома знал, на­сколь­ко Урод­ли­вый был урод­лив. (2)Он имел толь­ко один глаз, на месте дру­го­го зияло от­вер­стие, еле при­кры­тое ко­ша­чьи­ми ве­ка­ми, с той же самой сто­ро­ны от­сут­ство­ва­ло и ухо, а левая нога была когда-то по­ло­ма­на и сро­слась под каким-то не­ве­ро­ят­ным углом. (3)Его хвост от­сут­ство­вал, остал­ся толь­ко ма­лень­кий огры­зок, ко­то­рый по­сто­ян­но дёргал­ся…

(4)У лю­бо­го, смот­рев­ше­го на него, на­вер­ное, воз­ни­ка­ла одна ре­ак­ция: до чего же урод­ли­вый кот. (5)Всем детям было ка­те­го­ри­че­ски за­пре­ще­но ка­сать­ся его, а взрос­лые по­ли­ва­ли его из шлан­га, когда он пы­тал­ся войти в дом.

(6)На все дей­ствия детей и взрос­лых, оби­жав­ших его, Урод­ли­вый все­гда ре­а­ги­ро­вал оди­на­ко­во. (7)Если он видел детей, он бежал к ним, тёрся го­ло­вой о руки, гром­ко мя­у­кал, вы­пра­ши­вая ласку.

(8)Од­на­ж­ды Урод­ли­вый по­пы­тал­ся по­дру­жить­ся с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми. (9)Из сво­е­го окна я услы­шал его крики.

(10)Когда я до­бе­жал до него, Урод­ли­вый был силь­но по­ку­сан. (11)Он лежал, свер­нув­шись в клу­бок, сме­жив един­ствен­ный глаз, и след от слезы пе­ре­се­кал его нос.

(12)Я нёс его домой и боль­ше всего бо­ял­ся на­вре­дить ему ещё боль­ше. (13)Я при­жал его к себе. (14)Он кос­нул­ся го­ло­вой ла­до­ни моей руки, его зо­ло­той глаз по­вер­нул­ся в мою сто­ро­ну, и я услы­шал мур­лы­ка­ние. (15)Даже ис­пы­ты­вая такую страш­ную боль, кот про­сил о ка­пель­ке при­вя­зан­но­сти, о ка­пель­ке со­стра­да­ния и любви.

(16)Я понял, что имею дело с самым лю­бя­щим и кра­си­вым су­ще­ством из всех, кого встре­чал в жизни. (17)А он смот­рел на меня, уве­рен­ный, что я сумею смяг­чить его боль, что на­ко­нец-то нашёлся на­сто­я­щий хо­зя­ин. (18)И этому хо­зя­и­ну можно от­дать всю силу не­рас­тра­чен­ной любви…

(19)Впо­след­ствии я много раз­мыш­лял о том, как один не­счаст­ный кот-ка­ле­ка смог из­ме­нить мои пред­став­ле­ния о том, что такое ис­тин­ная чи­сто­та духа, вер­ная и бес­пре­дель­ная лю­бовь. (20)Урод­ли­вый со­об­щил мне о со­стра­да­нии боль­ше, чем ты­ся­ча книг, лек­ций, про­по­ве­дей или раз­го­во­ров.

(По В. Чер­но­ре­чи­ну)