(1)Это был про­сто урод­ли­вый кот. (2)Он имел толь­ко один глаз, с той же самой сто­ро­ны от­сут­ство­ва­ло и ухо, а левая нога была когда-то по­ло­ма­на и сро­слась под каким-то не­ве­ро­ят­ным углом. (3)Его хвост давно от­сут­ство­вал, остал­ся толь­ко ма­лень­кий огры­зок, ко­то­рый по­сто­ян­но дёргал­ся.

(4)У че­ло­ве­ка, хоть раз по­смот­рев­ше­го на него, воз­ни­ка­ла одна и та же ре­ак­ция: до чего же урод­ли­вый кот. (5)Всем детям было ка­те­го­ри­че­ски за­пре­ще­но ка­сать­ся его. (6)Но стран­ное дело: на все дей­ствия детей и взрос­лых Урод­ли­вый все­гда про­яв­лял одну и ту же ре­ак­цию. (7)Если он видел детей, он бежал к ним, тёрся го­ло­вой о руки и гром­ко мя­у­кал, вы­пра­ши­вая ласку. (8)Если кто-ни­будь всё-таки брал его на руки, он тут же на­чи­нал со­сать уго­лок ру­баш­ки или то, до чего мог до­тя­нуть­ся.

(9)Од­на­ж­ды Урод­ли­вый по­пы­тал­ся по­дру­жить­ся с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми. (10)Из сво­е­го окна я услы­шал его крики и тут же бро­сил­ся на по­мощь. (11)Когда я до­бе­жал до него, Урод­ли­вый был силь­но по­ку­сан. (12)Он лежал, свер­нув­шись в клу­бок, сме­жив един­ствен­ный глаз, и след от слезы пе­ре­се­кал его нос. (13)Я нёс его домой. (14)Он хри­пел, за­ды­хал­ся, но пы­тал­ся лиз­нуть меня своим мяг­ким шер­ша­вым язы­ком. (15)Я при­жал его к себе. (16)Он кос­нул­ся го­ло­вой моей ла­до­ни, его зо­ло­той глаз по­вер­нул­ся в мою сто­ро­ну, и я услы­шал мур­лы­ка­ние. (17)Даже ис­пы­ты­вая такую страш­ную боль, кот про­сил о ка­пель­ке при­вя­зан­но­сти! (18)Воз­мож­но, о ка­пель­ке со­стра­да­ния и любви.

(19)И в тот мо­мент я думал, что имею дело с самым лю­бя­щим су­ще­ством из всех, кого я встре­чал в жизни. (20)Самым лю­бя­щим и самым кра­си­вым. (21)А он смот­рел на меня, уве­рен­ный, что я сумею смяг­чить его боль, что те­перь всё у него будет хо­ро­шо, что на­ко­нец-то нашёлся на­сто­я­щий хо­зя­ин, ко­то­ро­му можно от­дать всю силу не­рас­тра­чен­ной любви.

(22)Не­счаст­ный кот-ка­ле­ка тогда смог из­ме­нить мои пред­став­ле­ния о том, что такое ис­тин­ная чи­сто­та духа, вер­ная и бес­пре­дель­ная лю­бовь.

(По В. Чер­но­ре­чи­ну)